Разное
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 Голоса)

Уолт Уитмен «Листья травы»

Реферат по предмету «Зарубежная литература»

студентки ІII курса филологического факультета

заочного отделения специальности

«украинский язык и литература»

Рогачевой А. А.

План

1. Предистория «Листьев травы»

2. Протест против рабства в книге

3. Уитмен – «оратор» и «певец»

4. Поэтичность «Листьев травы»

5. Герой книги – труженик

6. Уитменовский «свободный стих»

7. Военная поэзия

8. Реализм Уитмена

9. «Листья травы» - бессмертная книга

Уолт Уитмен — выходец из демократической среды. И отец и некоторые другие члены семьи поэта всю жизнь занимались фермерством или плотничали. Дать образование своим многочисленным детям Уолтер Уитмен-старший не имел возможности. Как только его сын, родившийся в 1819 году и носивший имя отца, достиг одиннадцати-двенадцатилетнего возраста, ему пришлось зарабатывать себе на пропитание. Будущий поэт в детстве служил посыльным и учился наборному делу, а в пятнадцать лет сделался учеником плотника. Некоторое время он учительствовал и рано стал пробовать свои силы в области журналистики. Он издавал еженедельную газету в деревне, не достигнув и двадцати лет, а в двадцать два года уже редактировал ежедневную городскую газету. Жил он то в деревушках Лонг-Айленда, то в городах Бруклине и Нью-Йорке.

Всю жизнь поэт сохранял нежнейшую любовь к своей матери, простой, малограмотной женщине, обладавшей добрым сердцем и даром сказочницы. Своего отца Уитмен вспоминал далеко не со столь горячим чувством. Между тем Уолтер Уитмен-старший был человеком не совсем заурядным и разделял взгляды некоторых из самых передовых своих соотечественников. Уитмен в детстве не понимал отца, да и не мог понять, но в одной книге о поэте говорится, по-видимому, со слов его самого, что «свою любовь к свободе» он унаследовал главным образом от отца.

В год, когда вышло первое издание «Листьев травы». Уитмен был не так-то уж молод для начинающего поэта. В одной из своих поэм он писал:

Мой язык, каждый атом моей крови созданы из этой почвы,

из этого воздуха,

Рожденный здесь от родителей, рожденных здесь от

родителей, тоже рожденных здесь,

Я теперь, тридцати семи лет, в полном здоровье, начинаю

эту песню,

Надеясь не кончить до смерти.

В этих словах есть большая правда. Уитмен действительно плоть от плоти американского народа. Он жил его жизнью, горячей любовью любил свою родину, в своем творчестве отразил важнейший этап американской истории.

Буржуазные литературоведы нередко утверждают, что между юным Уитменом и Уитменом периода создания «Листьев травы» лежит пропасть. Иные из них склонны изображать дело так, будто поэт, выступивший со своей книгой стихов в возрасте тридцати шести лет, никаких идейных корней не имел, был порожден каким-то необъяснимым «чудом», а в дальнейшем уже ни в чем не менялся.

На самом деле уже взгляды молодого Уитмена на жизнь — при всей их сложности и противоречивости — складывались в духе тех воззрений, которые были присущи тогда широким слоям трудового населения северных штатов, в первую очередь фермерам и ремесленникам. Рабочий класс Америки был еще невелик численно и незрел идейно.

Даже крайне слабые ранние стихи Уитмена, написанные на рубеже тридцатых и сороковых годов, косвенным образом отражали присущие ему демократические тенденции. В них проявилось его недовольство неравенством, царящим в стране, его презрение к сильным мира сего.

Вскоре Уитмен как будто «излечился» от юношеского увлечения поэзией. Но, сделавшись журналистом, он прошел большой путь идейного развития, оказавший огромное влияние на все его последующее поэтическое творчество.

Редактируя разные газеты, Уитмен выступал сторонником некоторых буржуазно-демократических принципов, активно ратовал за интересы простых людей. Впрочем, на протяжении ряда лет он почти не касался вопроса о судьбах негров-невольников в Америке, Как и довольно широкие слои фермеров, в ранней молодости он еще не осознавал достаточно ясно значения проблемы рабства для судеб стран, недопустимость этой позорной системы.

Вскоре, однако, положение изменилось почти внезапно. Это произошло в конце сороковых годов. Наступил один из важнейших переломных моментов в истории человечества. В разных странах Европы поднялась новая волна революционной борьбы. А в США противоречия между буржуазным Севером и рабовладельческим Югом приобрели невиданную резкость. Одной из непосредственных причин этого был захват Америкой огромных мексиканских территорий в результате войны против Мексики 1846 —.1848 годов.

Молодой журналист Уитмен не остался в стороне от народного движення. Он начинает решительно осуждать рабство о негров, в его появляются революционные нотки. Он предсказывает, что американский народ «в своей грозной ярости» сметет рабовладельцев с лица земли.

Уитмен, которого многие биографы изображают пассивным человеком, безразлично взиравшим на ход освободительной борьбы в Америке, на самом деле превратился в смелого борца за демократически принципы и мужественно отстаивал свои убеждения. Одна за другой газеты изгоняли его, ибо он не шел на компромисс со своей совестью.

И вот именно тогда, когда Уитмен, как и а и миллионы тружеников в США, глубоко проникся духом борьбы против рабства, за передовые освободительные идеалы, он вернулся к поэзии. Страстный демократический пафос, всколыхнувший все существо Уитмена и позволил, наконец, пробиться наружу дремавшим в его душе исполинским поэтическимсилам.

В 1850 году в нью-йоркских газетах появляются стихотворения Уитмена в которых он громит влиятельнейших сторонников рабства на Севере и поет славу революционной борьбе в Европе. В этих по содержанию произведениях будущий автор «Листьев травы» впервые показывает себя и мастером новой поэтической формы.

Уитмен — не первый американский поэт, отразивший освободительные устремления народа. Еше Филипп Френо, который вступил в литературу в годы американской войны за независимость, утверждал величие революционной борьбы против тирании. Делу аболиционизма посвятил свои творения старший современник Уитмена – Джон Гринлиф Уитьер. Осудил рабство в цикле стихов Генри Лонгфелло. Но голос людей из народа, всем сердцем ненавидевших плантаторов и взбешенных коварством предателей на Севере, нигде, пожалуй, не прозвучал так естественно и с такой беспощадностью, как в поэзии Уитмена.

Сатирическое антирабовладельческое стихотворение Уитмена «Песня некоторых членов конгресса» было написано в традиционной манере. Но в «Доме друзей» — этом горячем и смелом выступлении народного трибуна против врагов народа, как и в «Кровавых деньгах», — поэт пользуется свободным стихом. Он отбрасывает рифму и перестает следовать строгим классическим размерам. Стих Уитмена раскован, в его произведениях звучит ритм, напоминающий ритм речи вдохновенного оратора.

В стихах 1850 года, в том числе в стихотворении «Европа», утверждается величие народа защищающего свои права. Теперь Уитмен, можно сказать, впервые выступает как поэт, имеющий свой собственный голос, сильный и прекраный.

Такова была предистория «Листьев травы».

Многие из произведений, вошедших в эту книгу, были созданы поэтом в течение десятилетия, предшествовавшего гражданской войне Севера и Юга 1861 - 1865 годов. В эти-то годы бывший редактор и превратился в рабочего плотника. Журналист, которого порою видели изысканно, даже франтовато одетым, теперь носит одежду простого труженика. Этот большой, сильный, красивый человек со свежим лицом дружит с самыми скромными людьми. Его приятели — рабочие на речных перевозах, пожарники да кучера омнибусов. В старости Уитмен тепло вспоминал своих товарищей — нью-йоркских кучеров с их колоритными прозвищами: «Старый слон», «Молодой слон», «Бродвейский Джек», «Желтый Джо».

Свободные часы поэт часто проводит в омнибусах, восседая на облучке рядом с кучером, а кое-когда и правя сам. «Критика, наверно, будут смеяться, — писал поэт, — но несомненно эти поездки в омнибусах по Бродвею, чтение стихов и всякие приключения с кучерами сыграли свою роль в создании «Листьев травы».

Любил Уитмен разъезжать и на речных перевозах. Здесь он тоже находится рядом с друзьями — лоцманами.

Одновременно с работой над первыми изданиями «Листьев травы» Уитмен написал (но не смог издать) замечательное публицистическое произведение «Восемнадцатые выборы президента», в котором он говорит об Америке, как о стране, где рабство стало «всевластной» системой. В «Восемнадцатых выборах президента» слышатся и героические ноты. Поэт обращается к рабочим, фермерам и ко всему трудовому люду Америки со страстным призывом дать бой рабовладельцам. Он восклицает: «Либо вы уничтожите рабство, либо оно уничтожит вас!»

Озаглавив свой первый поэтический сборник, состоявший из двенадцати произведений, «Листья травы», Уитмен сохранил это название и за полным собранием своих поэм и стихотворений. Он включал в свою книгу все новые и новые стихи, неоднократно переиздавая «Листья травы» в расширенном виде. Последнее прижизненное издание сборника стихов Уитмена превышало по объему первое в несколько раз.

Довоенное творчество Уитмена пронизано острейшим ощущением близости решающего этапа борьбы против рабовладельцев. И Уитмен сознательно посвящает свою музу «доброму старому делу» — борьбе за свободу. Не раз и не два он писал о том, что высокая поэзия всегда связана с освободительными устремлениями народа и что люди искусства должны искать вдохновения в героической борьбе за права масс. Выдвигая идеал «демократического писателя» — непримиримого противника тирании и деспотизма, Уитмен выражал любовь и уважение к таким близким народу поэтам и прозаикам, как Байрон, Бернс, Жорж Санд, Диккенс, Гейне, Гюго, Уитьер.

В своей программной поэме «У берегов голубого Онтарио» (1856) Уитмен называет рабовладельчество «предательским заговором, несущим смерть». Он призывает к бою, бросая стороннику рабства грозное предупреждение:

...Убийца! Итак, это борьба не на жизнь, а на смерть,

и пощады не будет.

0 рабстве говорится и в других крупнейших произведениях поэта. Гордо звучит в «Песне о себе» (1855) гимн во славу чернокожего человека, прекрасного физически и духовно. Лирический герой поэмы целует раба «как родного, в правую щеку» и перевоплощается в беглого негра, испытывая все его страдания.. Он даже приготовил оружие, чтобы дать отпор рабовладельцам («...а кремневое ружье, мое было в углу»).

Стихи Уитмена, в которых изображены трагические судьбы негров в Америке, перекликаются с народным творчеством самого негритянского народа, в котором звучит не только скорбь, но и страстный протест.

В поэме «О теле электрическом я пою» (1855) негр встает перед читателем как воплощение человеческой красоты и достоинства. Возмущенно описывая невольничий рынок, поэт говорит о рабе:

Джентльмены, взгляните на это чудо!

Какую б цену ни дал покупатель — все будет мало;

Для него земля готовилась квинтильоны лет, без живых

существ, без растений;

Для него непрерывно и точно вращались миры...

Отличные чувства, зажженные жизнью глаза, отвага и воля,

Слои грудных мускулов, позвоночник гибкий и шея, упругое

мясо, крепкое телосложенье,

А там, внутри, еще чудеса.

Там, внутри, течет кровь,

Та же самая древняя кровь! Та же самая алая кровь!

Там бьется толчками сердце,— там все страсти, желанья,

стремленья, порывы.

(Иль, по-вашему, там их нет, раз не выражены они в

аудиториях и гостиных?)

Надеясь на то, что победа над рабовладельцами сделает жизнь счастливой для народа, Уитмен нередко склонен был преувеличивать возможности буржуазной Америки. Мечтая об идеальной абстрактной демократии, он не видел всей ограниченности той буржуазной демократии, которая существовала на его родине. Отсюда — противоречивость его поэзии. Но все же еще до гражданской войны поэт не забывал о том, что зло в Америке связано не только с рабством. негров.

В ряде произведений, и прежде всего в поэме «Песня о топоре» (1856), Уитмен рисует желаемое общество в виде «великого города». В этом «великом городе» «нет ни рабов, ни рабовладельцев>, там рядовой человек — «глава всего». Наконец, это «город друзей самых верных». В таком городе, говорит поэт в стихотворении «Приснился мне город» (1860), превыше всего ценится «крепкая... любовь». Уитмен раскрывает свой светлый идеал и в других стихотворениях, в которых воспевает солидарность, «слиянность» абсолютно равноправных и не знающих гнета людей, строящих жизнь на принципах искренней дружбы и взаимной любви.

Можно с полным основанием сказать, что мечтой о всеобщем равенстве и братстве людей пронизана вся книга Уитмена «Листья травы».

Протест против рабства и влечение к лучшему, более справедливому общественному укладу заставляют поэта ждать очистительной бури. Он славит революционный дух народа.

Ораторские интонации, которые ощущались уже в стихах Уитмена 1850 года, не исчезли в его более позднем творчестве, а стали заметнее. Уитмен всегда высоко ценил ораторское искусство и ораторов, называя их «самыми верными защитниками Америки». Но ему были близки не демагоги-политиканы и не модные проповедники, а трибуны, которые «не занимают никаких постов и не получают никакого вознаграждения». Это прежде всего бродячие ораторы-аболиционисты, бичующие рабство, и вообще бойцы «полемической арены», вдохновленные интересами народных масс.

Своей поэзией Уитмен хотел служить тому же делу, что и они. Он тоже жаждал разбудить в народе веру в свои силы и поднять его на борьбу за свободу. Небезинтересно, что в «Листьях травы» он иногда употребляет как синонимы слова «оратор» и «певец», то есть поэт. Уитмен выдвигает лозунг «простоты» как ключа к искусству. Стремясь с максимальной силой воздействовать на мысли и чувства читателей, он, как и многие ораторы, широко пользуется синтаксическими параллелизмами и повторами слов, придает своим стихам форму вопросов и ответов, все время ведет прямой разговор с читателем («это — не книга, тронь ее — и тронешь человека»), горячо убеждает его.

Allons! кто бы ты ни был, выходи, и пойдем вдвоем!—

восклицает поэт в «Песне большой дороги».

Нередко Уитмен повторяет первые слова строфы в ее конце или строит строфу так, чтобы смысл ее раскрывался только в последних словах, которых читатель ждет с особенно напряженным вниманием. Многие строки в «Листьях травы» приобретают огромную ударную силу.

Не унывай же, европейский мятежник!

Ибо лишь тогда тебе будет конец, когда будет конец всему.

Так говорит Уитмен в стихотворении «Европейскому революционеру, который потерпел поражение».

Близость поэту ораторской манеры определяет только одну сторону его поэзии, его художественного мастерства. Ведь он не только трибун, но и лирик, тонкий, задушевный.

Уитмен создал много прекрасных поэм и стихотворений, отличающихся подлинной музыкальностью, красочным поэтическим языком. Он дает широкий простор своему богатому воображению, волнует, трогает, потрясает читателя, обращаясь к самым глубоким и интимным его чувствам.

Поэтичность «Листьев травы» определяется, в частности, «ритмическим стилем» (по выражению Уитмена) созданных им стихов. В «Листьях травы» чувствуется мощное биение сложного и чрезвычайно многообразного ритма, представляющего, надо сказать, немалые трудности для воспроизведения на другом языке. Ритмическая канва уитменовского стиха создается в результате использования поэтом классических размеров в разных сочетаниях, а также распадения строк на ритмические единицы, организующиеся вокруг главных ударных слогов и подчиняющиеся сложной закономерности. Исключительно большую роль в поэзии Уитмена играют внутристрочные паузы.

Замечательная ритмичность и звучность (основанная, в частности, на повторах, играющих как бы роль рифмы) присуща, например, поэме «Таинственный трубач» (1871). Используя все богатство характерных для его поэзии изобразительных средств (применяя, между прочим, принцип лейтмотива). Уитмен с огромной эмоциональной силой запечатлел в последней части поэмы прекрасную мечту трудящихся людей о светлом будущем:

Явились новые люди, мир стал совершенным — и все это

радость!

В мужчине и в женщине — мудрость, невинность, здоровье-

и все это — радость!

Веселье и смех вакханалий — и все это — радость!

Исчезли страдания, скорбь и война, нет грязи на старой

земле — осталась одна только радость.

Радостью море рокочет, радостью воздух струится,

Радость, радость, радость — свободы, веры, любви—

радость ликующей жизни!

Для полного счастья — достаточно жить и дышать. !

Радость! Радость! Везде и повсюду — радость!

Это подлинный гимн радости, мажорный и пронизанный благородной мыслью.

Революционное отрицание рабства, угнетения людей сочетается в «Листьях травы» с изумительным по силе, по своей полнокровности утверждением жизни. Уитмен показывает много мрачного, но в целом его стихи заставляют читателя ощутить молодость и красоту мира, внушают уверенность в грядущей победе светлых сил.

Уитмен — один из величайших певцов природы, могучей и радостной. Это замечательный мастер пейзажа родной страны. Ему, выросшему на побережье океана, был хорошо знаком «хриплый» голос морского прибоя. Обычно Уитмена изображают человеком, ценившим в природе только покой. Но автор «Песни о себе» славит и «гордую музыку бури». Кипящим и грозным нередко встает океан в его стихах, он сродни беспокойной душе поэта.

В «Песне о себе», «Песне большой дороги» (1856) и других произведениях возникают радостные картины жизни полей и лесов. Поэта опьяняют запах сена, чудесный аромат земли «на заре и в полуденный час», свежая прелесть лесных просторов. Любовь Уитмена к природе так сильна, что лирический герой многих его произведений кажется человеком, всегда живущим под открытым небом.

В превосходном стихотворении «Птичьим щебетом грянь» ( 1870 ) есть строки, пронизанные светлым весенним чувством:

Душа моя, ты на свободе, но что-то тревожит меня„а что-

я не знаю,'

В дорогу, скорее в дорогу — измерим все дали и выси!

О, если б летать, как летает птица!

О, если бы, словно корабль, под парусом мчаться!

Взлетать за тобою, душа, как взлетает корабль на хребты

водяные,

Впитать в себя всё — все краски, все звуки, синее небо,

и травы, и капли росы на рассвете...

В «Листьях травы» мы находим немало зарисовок тихих уголков природы. Но для Уитмена характерно стремление показывать природу в широчайших, даже гигантских масштабах. Поэт все время как бы в движении. Он переходит от одной картины природы к другой, третьей. Вперед, всегда вперед, к новому, еще неизведанному.

«Большими глотками я глотаю пространство»,— восклицает Уитмен. Он слышит «ликующий голос дороги». Ликующий тон, способность с предельной искренностью и полнотой встречать то радостное, что дает жизнь,— примечательная черта поэта.

Природа в «Листьях травы» полна жизненных соков. Поэт живописует ее изумительно образным языком: море дышит «влажным дыханием своим», мыс Монтаук уподоблен мощному клюву орла, птица — «воздушный корабль, никогда не спускающий парусов».

Преклоняясь перед немеркнущей красотой природы, Уитмен не пошел по пути тех романтиков, которые противопоставляли ее величие человеку и, воспевая нехоженые тропы, принижали людей, якобы вечно губящих естественную красоту. Для Уитмена самое прекрасное, самое высокое — человек. Поэзия — это прежде всего торжественный гимн в честь людей.

Герой произведений Уитмена — это, конечно, труженик. В «Песне разных профессий» (1855) поэт воспевает человека, как основу основ, самое важное. Все должно служить человеку — «ребенок, рожденный от женщины и мужчины,— выше всех ценностей». И в этой же поэме Уитмен восклицает:

Вы, рабочие и работницы наших Штатов, владеете

чудесной и мощной жизнью,

И ничто так не ценно, как люди, подобные вам.

Уитмен создал немало превосходных произведений, поэтизируюших повседневную трудовую жизнь пахаря, рыбака, охотника. Но примечательно, что он воспевает и горожан-пролетариев. В его стихах (по существу впервые в американской литературе) появляются картины жизни и труда промышленных рабочих: шахтеров, металлургов, строителей. При этом Уитмен смело вводит в поэзию лексический материал, почерпнутый из мира индустрии и мира политики.

Образы тружеников, борцов за свободу, картины городской жизни в «Листьях травы» столь же исполнены поэзии, как и описания природы. Поэт превосходно осознавал значение образности в поэтическом творчестве; недаром он говорил, что писатель должен «заставить слова петь, танцевать, целоваться, любить, рожать детей, плакать, обливаться кровью, приходить в ярость, наносить удары».

Свобода представляется Уитмену чудесным новорожденным младенцем («Франция»). Семена свободы вырастают из могил казненных революционеров («Европа»). Удары пульсирующей крови в руке любимой женщины заставляют поэта вспомнить звуки органа («Я слышал вас, торжественно-нежные трубы органа»). Народный певец изображен в «Песне радостей» «быстрым кораблем, нагруженным богатыми словами и радостями».

Примечательная особенность образной системы Уитмена — тяготение к гиперболам. Лирический герой «Песни о себе» нередко предстает перед нами как существо фантастических масштабов. Зародыш его, говорит Уитмен, питался гигантами-растениями и «чудища-ящеры лелеяли его в своей пасти», «вихри миров» носили его колыбель, а звезды «уступали» ему место. Земля «будто за подачкою» смотрит ему в руки. Удивительно ли, что водопад Ниагара кажется лишь «вуалью» на его лице, что он пролетает «меж хвостатых метеоров» и несет с собою «месяц. младенца»!

Как ни отчетливо проступают порою в уитменовском герое индивидуалистические черты, все-таки основное в нем — близость к массам, единение с ними. И присущая ему сверхчеловеческая мощь объясняется, прежде всего, тем, что в этом образе воплощен весь народ. Именно народ одерживает победы над силами природы.

Если идейная сущность главного персонажа «Листьев травы» является в основе своей народной, то некоторые специфические художественные черты этого образа идут от фольклора. Придавая своему герою гигантские масштабы, говоря, например: «Я обнимаю сьерры, я ладонями покрываю всю сушу», Уитмен опирается на традиции американского народного творчества. В американских фольклорных легендах о Поле Беньяне или Дэйве Крокетте есть много такого же необузданного вымысла, крайних преувеличений, фантастических гипербол. Ведь говорили же о Поле Беньяне, что, став лесорубом, он самолично прокладывал целые реки для сплава леса, а бык его был величиной с гору.

Влияние фольклора сказалось и на определенных особенностях формы уитменовского «свободного стиха». Обильно вводя в свою поэзию параллелизмы, повторы, поэт опирался не только на ораторское искусство, но и на народное творчество. Американские народные песни и произведения негритянского, а особенно индейского фольклора, отличаются обилием параллелизмов. Нечто общее с формой индейских народных песен нередко можно увидеть в ритмической структуре уитменовских стихов. При этом автор «Листьев травы» остается поэтом вполне самобытным. Все те сокровища, которые открывались перед ним в фольклорных источниках, он воспринимал творчески и перерабатывал на свой, уитменовский лад.

Когда в 1861 году война между Севером и Югом, наконец, разразилась, Уитмен сразу же создал стихотворения, зовущие на бой с плантаторами: «Бей, бей, барабан!» (1861), «Песня знамени на утренней заре» (1861 — 1862) и многие другие. Некоторые из его произведений вскоре нашли себе место на страницах газет, но свой сборник стихов о борьбе с рабовладельческим Югом «Барабанный бой» (позднее он включил его в «Листья травы») поэт сумел напечатать лишь после окончания войны. Как и раньше, он вынужден был сам выступать в роли издателя своих книг.

В уитменовских стихах военного времени звучит мужественный голос бойца. Поэт требует, чтобы его сограждане оставили обычные дела во имя победы над южной аристократией. В. стихотворении «Бей, бей, барабан!», он говорит:

Беи, беи, барабан! Труби, горн. труби!-

Несите весть жениху, что не время для счастья с невестой..

Не время для сделок — для торгашей,

спекулянтов...

Бичуя врагов, поэт убеждает колеблющихся и славит рабочих из Нью-йорка и фермеров из прерий Иллинойса, в которых он видит основную силу, способную нанести поражение рабовладельцам. В его поэзии слышатся и новые ритмы — ритмы марша.

В годы войны Уитмен отдает много физических и душевных сил делу врачевания больных и раненых солдат. Чтобы помочь семье, прокормить кое-как самого себя, а также выкроить хоть немного денег для солдат в лазаретах, он пишет статьи для газет и выполняет работу переписчика. Днем и ночью поэт возле раненых, делает им перевязки, кормит их, пишет за них письма, беседует с ними. Солдаты называют его отцом. Их влечет к себе его лицо — «спокойное, гордое, дружественное, серьезное» (слова эти принадлежат его другу аболиционисту О'Коннору).

В стихотворениях «Сомкнутым строем мы шли», «Сцена в лагере, когда едва забрезжил серый рассвет», «Врачеватель ран», «Странную стражу я нес в поле однажды ночью», «Иди с поля, отец» и других (все они датированы 1865 годом, но, по-видимому, были написаны раньше), он с нежностью и сдержанной болью говорит о страданиях и смерти простых людей, надевших солдатскую форму, чтобы дать отпор плантаторам.

Эти произведения Уитмена многим отличаются от довоенных. Он сосредоточивает все свое внимание на небольших эпизодах, отдельных людях, ярче индивидуализируя их образы. Поэт и сам выступает в этих стихах, как вполне конкретный человек — друг раненых. В стихах этого периода поэт воспел то прогрессивное, что было свойственно войне против рабовладельческого Юга. В письме к одному из своих друзей Уитмен выразил надежду, что в цикле «Барабанный бой» ему удалось добиться «желанной цели»: показать «время и страну», избегая «словесных излишеств».

Хотя известнейшие поэмы и стихотворения Уитмена были созданы еще до гражданской войны или во время нее, но среди произведений, написанных позднее, в последние десятилетия жизни поэта, тоже есть подлинные шедевры.

После окончания гражданской войны Уитмен почувствовал, что в Америке растет коррупция, что там ощущается, как он писал, «коварная хватка капитала». Яснее, чем раньше, он видит теперь темные стороны буржуазной действительности и в ряде стихотворений реалистически изображает унижение и нищету народа.

Поэт, воспевший революции 1848 года, в период Парижской Коммуны называет Францию (стихотворение «О Франции звезда», 1871) символом «порыва страстного к свободе... восторженной мечты о братстве, предвестья гибели для деспота и церкви». Он приветствует борьбу за свободу испанского народа, выражает сочувствие Осцеоле, вождю индейцев, возглавлявшему восстание против белых поработителей, утверждает принцип братства разных наций.

Всю поэзию Уитмена пронизывает мощный дух воинствующего жизнелюбия. В чем же ключ к уитменовскому оптимизму? Некоторые биографы утверждают, что поэт был опьянен успехами буржуазно-рабовладельческой Америки в сфере экономики и потому-то так радовался жизни. Нет, не о том говорят гимны Уитмена в честь труда, его прославление мужественной товарищеской любви, его утверждение величия рабочих и фермеров, идущих в бой против рабовладельцев. Жизнерадостная тональность «Листьев травы» отражает прежде всего мироощущение простого человека, труженика, здорового духом, чувствующего себя частью бессмертного целого — народа. Уитмен — оптимист, ибо верит в его силу. Накануне гражданской войны в в годы ее поэт связывал свою веру с сознанием неизбежности победы над рабовладельцами. После войны возникло убеждение, что борьбу за свободу необходимо продолжать дальше и продолжать «с боевым задором» («Прощание с солдатом», 1871).

«Добрый седой поэт» воплощал передовое, демократическое начало в жизни родной страны. И это помогло ему создавать реалистические картины. Стоило Уитмену поддаться иллюзорным представлениям о буржуазных порядках, позабыть об остроте противоречий между верхами и низами, и в его поэзии появлялись сухие перечисления, «каталоги», лишенные поэтичности, усиливалась тенденция к абстрактности. В «Листьях травы» есть, конечно, немало такого, что отражает слабые стороны мировоззрения поэта, говорит о его противоречивости. Но в подавляющем большинстве произведений Уитмена действительность воспроизведена правдиво и воспроизведена сочными красками. В уитменовских стихах несомненно ощущаются элементы романтизма. Уитмен многим обязан прогрессивным романтикам США, в первую очередь его любимому писателю — Куперу. Однако ведущую роль в его поэзии играет реализм. Как правило, поэт показывает живую, подлинную природу, подчеркивает в создаваемых им образах земную основу, изображает тружеников в обычных условиях их существования, запечатлевает действительные переживания масс. Философски-ораторские высказывания самым естественным образом сочетаются у него с сугубо реалистическими описаниями.

Реализм Уитмена — явление тем более примечательное, что поэт в данном отношении был новатором. Сто лет тому назад, когда появилось первое издание «Листьев травы», господствующее романтическое направление в американской литературе еще отличалось большой устойчивостью. Как раз в начале пятидесятых годов были опубликованы лучшие произведенния романтиков Готорна и Мелвила. Но Уитмен и в этом проявил свою «неуступчивость». Реализм поднялся в Америке середины прошлого столетия на волне массового антирабовладельческого движения, именно того движения, которое наполнило мощным ветром народной борьбы паруса уитменовской поэзии. И вместе с другими писателями, выступившими почти одновременно с ним, в частности с Бичер-Стоу, Уитмен немало сделал для того, чтобы открыть дорогу реалистическому мастерству Твена и других писателей конца Х1Х и начала ХХ века.

Живая связь с народной борьбой, пристальное внимание и любовь к природе, людям, науке, симпатии к традициям просветительской мысли, интерес к прогрессивным идеям современности — все это влекло Уитмена на путь материализма в понимании природы. Его материализм носил стихийный характер и не всегда был последовательным. Многие буржуазные литературоведы видят в мировоззрении Уитмена лишь идеалистическое начало, якобы воспринятое им от европейских и американских философов-идеалистов и восточных мистиков. Нельзя отрицать, что в ряде произведений Уитмена звучат идеалистические интонации и мотивы. Тем не менее отличительной особенностью «Листьев травы», как справедливо говорил сам Уитмен, является «абсолютное и безоговорочное приятие природы». Он певец реальной жизни и «материализмом наполнен... весь» («Песня о себе»).

Десятки раз Уитмен настойчиво подчеркивает реальность того, что воспринимают его чувства, говорит о неотделимости духовного от материального. Поэт стремится показать цельного человека, человека во всей его сложности. В частности, он утверждает, в противовес пуританскому ханжеству, величие и чистоту физической любви. Порою чувство меры изменяло Уитмену, но ему было чуждо желание прельстить читателя «запретными темами». Во многих его произведениях (например, в стихотворении «Из бурного океана, из толпы...») любовь мужчины и женщины изображена с глубоким проникновением в тайники человеческих чувств, с трогательной нежностью и теплотой.

Труженики, простые люди на родине поэта превосходно ощущают живую связь творчества Уитмена с реальностью. Рисуя прекрасное, поэт не уходит в мир бесплотных и бесплодных мечтаний, а опирается на тот жизненный материал, который дает ему чудесный мир природы с ее бесконечным разнообразием и красотой и мир людей со всем заложенным в них духовным богатством. Хорошо сказала об этом Блур, отметившая, что Уитмен обладал исключительной способностью «открывать красоту во всем, что находится вокруг нас, красоту природы, красоту людей. Я так часто чувствую ro, что он выражает,— говорит Блур,— чувствую его близость к природе, его великую любовь к людям, его восторженную радость перед лицом реального мира во всей его красоте...»

Уитмен продолжал создавать произведения публицистического характера до конца своих дней. В последние два десятилетия его жизни (Уитмен умер в 1892 году) проза занимала даже более заметное место в его творчестве, нежели стихи.

Уолт Уитмен — один из тех писателей, чье творчество является составной частью демократической литературной традиции, воспринятой лучшими мастерами слова Америки ХХ века. К унтменовским традициям обращались и обращаются сотни поэтов и прозаиков страны — от Муди и Сэндберга до Голда и Хьюза, от Норриса и Драйзера до Фаста и Мальца.

Горячие симпатии к уитменовской поэзии выражали виднейшие писатели за пределами Америки. Это Тургенев, Толстой, Горький в России, Шоу, Томас Манн, Бехер, Арнольд Цвейг, Нексе и Элюар в странах Западной Европы, чилиец Неруда, турок Хикмет, австралийская писательница Причард и многие, многие другие.

Среди писателей, которые высоко ценили Уитмена, был и великий поэт Владимир Маяковский. В своих воспоминаниях К. И. Чуковский отмечает, что Маяковский ценил те места в «Песне о себе», где Уитмен говорит о своей идентичности с другими людьми, о «со страдании» с ними.

Характеризуя свое собственное творчество, Уитмен написал однажды, что в «Листьях травы» звучит мотив «мужественной дружбы, тесных связей между городами и нациями, их взаимной симпатии и общего братства». И действительно, утверждая в своей поэзии величие духа товарищества, Уитмен призывает к равенству и дружбе не только в пределах узкого круга единомышленников. Он воспевает любовь к человеку, «города к городу», а также «страны к стране». В поэме «Salut au Monde» например, он приветствует все народы земного шара.

В широко известном предисловии автора к русскому изданию «Листьев травы» (не осуществленному при его жизни) звучит горячий призыв к сближению России и Америки. Великим народам России поэт шлет «сердечный салют с наших берегов от имени Америки». Мы вправе назвать Уитмена одним из знаменосцев дружбы американского и русского народов.

Сегодня, спустя сто пятьдесят лет после появления первого издания «Листьев травы», творчество Уитмена волнует нас и радует пламенным протестом против порабощения людей, великолепными гимнами во славу прекрасной природы, во славу простого человека и мирного труда. Уитмен был и остается поэтом борьбы и ликующей жизни. Вот почему его книга бессмертна.

Литература

1. Уолт Уитмен. Листья травы. – М.: Художественная литература, 1955 – 356 с.

2. Артамонов С. Д., Гражданская З. Т. Зарубежная литература.–М.: Учпедизд, 1973 – 464 с.

3. Зарубежная литература. – М.: Наука, 1987 – 366 с.

4. История зарубежной литературы. – М.: Высшая школа, 1994 – 430 с.

5. История зарубежной литературы. – М.: Просвещение, 1987 – 414 с.

6. История зарубежной литературы. – М.: Просвещение, 1972 – 456 с.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Google